• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: Политика (список заголовков)
17:35 

Коммунизм, часть 10

Проблема 11: догматизм

Особенность любой прогностической теории социального, экономического или политического свойства состоит в том, что в любой момент эта теория может разойтись с реальностью. Даже идеально работающая сегодня теория — завтра может дать сбой. И даже гениальный прогнозист способен ошибаться.

Жизнь не стоит на месте, постоянно появляется что-то новое, и в этих изменяющихся условиях зачастую выявляется неточность, неполнота или даже абсолютная несостоятельность тех теорий, которые ещё вчера казались непреложной истиной.

Марксизм не исключение. К примеру, Маркс предсказывал нарастание классовой борьбы между угнетателями (капиталистами) и угнетёнными (пролетариатом). В обществе должна была усугубляться поляризация: пролетариев должно было становиться всё больше и больше, пока наконец не накопится критическая масса для социально-политического взрыва. Этим взрывом должна была стать коммунистическая революция в крупных промышленных странах — Англии, Франции, Германии. А в силу прочнейших экономических и политических связей этих стран со всеми остальными — революция должна была вскоре перейти национальные границы и стать всемирной.

Предполагалось, что установленный после революции новый уклад, основанный на обобществлении хозяйствования и упразднении частной собственности, окажется эффективнее свободной конкуренции, бытовавшей в эпоху капитализма. Справедливое общество сформирует нового человека.

Но ничего этого не сбылось. Условия жизни пролетариата постепенно улучшились без всяких революций. Поляризация общества ослабла. Коммунистические революции происходили спорадически (Парижская коммуна во Франции, Октябрь 1917 года в России, восстание спартакистов в Германии), но они не были подкреплены достаточной массой пролетариата и потому в большинстве случаев окончились провалом. Там же, где коммунистический режим уцелел, пожар мировой революции всё равно не разгорелся, — взаимосвязь между странами оказалась недостаточно крепкой. Обобществление собственности не привело к изобилию. Социализм не только проиграл капитализму в экономике, но ещё и оказался чрезвычайно нестойкой формацией: вместо того, чтобы с годами наращивать мощь, он прогнил изнутри и развалился.

Здравомыслящий человек в такой ситуации задался бы вопросом: почему теория не подтвердилась практикой? В чём была ошибка теоретиков? Насколько эта ошибка фундаментальна? Т.е. можно ли её исправить, улучшив тем самым теорию, или вся теория в целом никуда не годится?

Однако наследникам Маркса крайне редко хватало смелости признать ошибку в расчётах. Учение Маркса-Энгельса, а затем и Ленинские цитаты стали восприниматься чуть ли не как Священное писание, сомневаться в котором недопустимо, а подчас и опасно.

Тем самым, теория превратилась в догму. Ленин ещё мог исправить какие-то несоответствия — например, убедившись, что «военный коммунизм» не работает, Ленин объявил переход к нэпу, но и то предполагалось, что это лишь временная уступка. Последователи же Ленина всё чаще старались подогнать реальность под негодную теорию, вместо того, чтобы теорию развивать на основе фактов.

Возникавшие при этом расхождения между теорией и практикой принципиально игнорировались, либо, когда разрыв становился уж слишком заметным, вопиющим, — этому подыскивались объяснения ложные, фальшивые, лишь бы только не ставить под сомнение привычные догмы («В стране голод? Виноваты кулаки и вредители, а не коллективизация»; «Рабочие на Западе уже обзаводятся автомобилями? Такого не может быть, это буржуазная пропаганда, на самом деле западные рабочие изнемогают от непосильного труда и скоро уже совершат революцию».)

Казалось бы, в такой принципиальной слепоте есть свои достоинства: люди упорно защищают теорию от нападок, хранят верность своим убеждениям. Догматизация бережёт теорию от разложения и распада, продляет ей жизнь на века.

Однако на самом деле всё наоборот. Теория при таком отношении погибает. Ибо, как известно, догма есть истина убитая и мумифицированная. А живая истина возможна только в развитии, в движении.

В догматизированной теории отрыв от реальности рано или поздно становится настолько кардинальным, что эту теорию перестают воспринимать всерьёз.

Применение же такой теории напоминает попытку открыть замОк не тем ключом. Человек настойчиво втискивает непригодный ключ в замочную скважину, пока в конце концов не сломается либо замОк, либо ключ.

Отсюда вывод: чтобы вернуть коммунистической теории жизнеспособность, нужно исправить ошибки, допущенные Марксом. И впредь избегать любой догматизации.

Гипотезы о том, как можно было бы осовременить учение Маркса, я изложу в следующих записях.

@темы: философия, размышление, политика, коммунизм, идеи

17:45 

Коммунизм, часть 9

Проблема 10: отсутствие правильных коммунистов

Эта проблема вплотную примыкает к предыдущей. Суть её в том, что даже среди людей, считающих себя коммунистами или позитивно относящихся к коммунистической идее, — большинство на самом деле смутно представляют себе, что такое коммунизм, и в глубине души являются сторонниками совсем иных идеологий.

Возьмёшь одного такого «коммуниста», присмотришься, — а оказывается, он имперец. Живой пример — писатель и журналист Александр Проханов. Ему важнее великая империя, православная святая Русь, и он рассматривает Советский Союз лишь как одну из форм реализации великой Руси.

Возьмёшь другого — он просто ностальгирует по временам своей молодости, когда деревья были выше, трава зеленее, а девушки благосклоннее.

Третий — скучает по стабильной зарплате и колбасе по 2.20.

Четвёртый — романтик революционной борьбы. Если революция вдруг победит, он сам не будет знать, что делать дальше.

Пятый — вообще расист. Помню, в 90-е годы мне встретилась листовка на столбе с лозунгом: «Наше дело правое, наша кожа белая, наше знамя красное!» Какое, спрашивается, отношение имеет цвет кожи к красному знамени?

И так далее. Найти человека, который верил бы именно в коммунистические идеалы, не перемешивал бы их ни с чем лишним, и притом сохранял бы приверженность здравому смыслу, гуманности и объективности, без которых, на мой взгляд, никакой коммунизм просто не существует (а точнее очень быстро вырождается в бредовое умопомешательство, садизм или враньё), — такого человека найти крайне сложно, почти нереально.

Но даже среди тех, кто разделяет все основные принципы коммунизма, — тоже царит полнейшая разноголосица. Каждый второй — мнит себя самым точным интерпретатором коммунистической идеи. Со стороны же такие претензии на идейное лидерство чаще всего смотрятся смешно и глупо, и уж точно не смогут объединить разрозненное коммунистическое движение в сколь-нибудь значимую политическую либо идейную силу. Такова, кстати, участь и моих нынешних набросков (хотя на полноценное воссоздание теоретической базы коммунизма они заведомо не претендуют, ибо слишком примитивны и ненаучны).

@темы: философия, размышление, политика, коммунизм, идеи

12:52 

Коммунизм, часть 8

Проблема 9: Сталин и репутация

Это то, что в современной социологии, если не ошибаюсь, называется негативным рейтингом. У коммунизма как идеологии — негативный рейтинг очень высок. «Спасибо» Сталину и прочим «выдающимся деятелям» коммунистического движения.

Негативный рейтинг означает наличие жёстких, непримиримых противников. Тех, кто настроен категорически против данной идеологии.

Для сравнения, среди российской политической элиты индивидуальный негативный рейтинг очень высок у Жириновского, Зюганова, Чубайса, т.е. при соцопросах существенный процент людей заявляет, что за данную личность не проголосовал бы никогда и ни при каких обстоятельствах.

Это же относится и к коммунистической идеологии. Если бы, к примеру, речь шла не о коммунизме, а о каком-нибудь условном «тапулосизме», там негативного рейтинга бы не было. Была бы группа сторонников и существенная масса людей безразличных. Коммунизм же, в отличие от выдуманного мной тапулосизма, очень сильно скомпрометирован, отягощён тяжелейшим балластом совершённых во имя его преступлений.

Сюда же добавляется ощущение «отыгранной карты», появившееся после коллапса СССР в 1991 году. Т.е. люди, не вдаваясь в подробности, заведомо считают эту идеологию устаревшей и провальной.

И таких людей большинство, а особенно велика их доля среди правящей элиты. Для них любой намёк на реальное возрождение коммунизма или восстановление СССР — звучит так же дико, как предложения вернуть в России юлианский календарь, короновать президента, обуться в лапти, отрастить хвост и залезть на дерево, поближе к обезьянам. Коммунизм для этих людей — в лучшем случае прошлый век, к которому нет возврата.

Как ни странно, сторонники Сталина только усугубляют такое отношение. Ибо когда очередной современный сталинист начинает доказывать, что массовых репрессий не было, или их было мало, или они осуществлялись «за дело», или их можно извинить тем, что одновременно шёл экономический подъём, от сохи страна шагнула семимильно к атомной бомбе, и вообще время было такое, — у более гуманно настроенного человека просто вянут уши.

А если современный сталинист начинает ещё и высказываться, что неплохо бы сейчас тех-то расстрелять, этих-то подавить железной рукой, то-то запретить, то-то прекратить — речи эти помимо неприязни к данному сталинисту и Сталину среди среднестатистических современных более-менее образованных людей формируют также ощущение устарелости всего, что связано со Сталиным, с его методами, с коммунизмом, Советским Союзом и т.д.

Сказать, например, нынешнему подростку, что нужно запретить фильмы о Джеймсе Бонде и, скажем, мини-юбки, — так он посмотрит на такого советчика как на динозавра, выползшего незнамо из какого музея (и правильно сделает). Или предложить расстрелять всех либералов, мол, «в Китае же применяются расстрелы, например, к коррупционерам», — что ж, посмотрят как на Брейвика.

Если же речь заходит о том, что «предали великую страну», «продали родину злобным пиндосам», «пятая колонна осуществила жидомасонский заговор, а Горбачёв и Ельцин были агентами ЦРУ», — тут уже небольшое здравое зерно, содержащееся в подобных рассуждениях, полностью тонет в злобной паранойе, и тем самым лишний раз компрометирует коммунистическую идею. Ибо что хорошего в идее, которую защищают злобные параноики?

Объективности ради, отмечу, что среди сталинистов на самом деле немало людей добрых и порядочных, которые никаких преступлений в жизни не совершали и совершать бы не стали. Даже мои дед и бабушка до последних своих дней были сталинистами. Однако современное общество и, особенно, интеллектуальная элита подобную систему взглядов в большинстве своём отвергают категорически.

Решение этой проблемы мне видится в поиске новой терминологии. Скомпрометирована конкретная идея (коммунистическая), конкретные способы её воплощения (советский режим, маоистский, полпотовский), конкретные люди (Сталин, Ленин и т.д.). Но в основе этой идеи лежат принципы и стремления куда более древние, чем коммунистический манифест Маркса середины XIX века, и куда более чистые, чем застенки ГУЛАГа.

В основе лежит тяга людей к справедливости, к всеобщему равенству, к идеально-устроенному государству и обществу. Эти стремления гораздо старше понятия «коммунизм», более того, они присущи человеческой натуре. А значит, спустя какое-то время эти идеалы воскреснут, хотя и, возможно, под другими названиями. Правда, лично мне отказываться от слова «коммунизм» не хотелось бы, но, в конце концов, дело в сути явления, а не в его вывеске.

Мне также думается, что возрождение коммунистической идеи в обществе произойдёт тем скорее, чем быстрее прекратятся споры о Сталине и его роли в истории. Ибо Сталин, как бы к нему ни относиться, всё же элемент прошлого, причём всё более отдалённого, а коммунизм, как хочется надеяться, — идеология будущего. Ну а как говорил Страшила Мудрый, «стоя на месте, вперёд не продвинешься». Иными словами, пока нынешние коммунисты и их оппоненты спорят о Сталине, они так все и остаются в эпохе как минимум 60-летней давности, которая с каждым годом становится всё более замшелой и всё менее актуальной для новых поколений.

@темы: идеи, коммунизм, политика, размышление, философия

13:56 

Коммунизм, часть 7

Проблема 8: радикализм

Если же оставаться в пространстве политических партий и течений, то тут у коммунизма есть ещё одна серьёзная проблема. Дело в том, что по классическому разделению политического спектра на левых, центристов и правых, — коммунистические партии вполне справедливо причисляются к левым радикалам.

Коммунисты левее социалистов, которые в свою очередь левее социал-демократов, которые левее центристов.

Левее коммунистов — только т.н. «леваки», т.е. маргинальные крайне-малочисленные группы буйных революционеров и террористов, типа «Фракции Красной Армии» (РАФ), действовавшей в ФРГ в 1968—1998 годах и занимавшейся терактами и политическими убийствами ради высоких коммунистических идеалов. Де-факто это либо революционеры, опоздавшие со своими идеалами лет на 100 (и потому их деятельность воспринимается уже не как героизм, а как анахронизм и криминал), либо просто одухотворённые бандиты.

Соседство для компартии, откровенно говоря, невыигрышное.

Но проблема, разумеется, не в леваках, а в том, что нормально развивающееся более-менее обеспеченное общество никогда не голосует за радикалов. Общество западного типа, т.е. достаточно сытое и живущее десятилетиями без существенных потрясений, голосует всегда за центристов с тем или иным небольшим уклоном — маятник качается туда-сюда, и левоцентристы сменяются правоцентристами, а потом обратно.

В такой системе у радикалов (в т.ч. у коммунистов) — нет никаких шансов. Шансы появляются лишь на крутых поворотах, в острые кризисные периоды. Тогда да, к власти могут прийти левые радикалы (вариант Чили времён Альенде, правда там у власти оказались не коммунисты, а социалисты, но, говорят, социалисты в силу местной специфики были там даже радикальнее коммунистов), либо правые радикалы (вариант Германии 1933 года).

В остальное, более спокойное время — коммунисты могут прийти к власти лишь силовым путём, после чего им потребуется так или иначе избавиться от честных выборов, чтобы власть не отдавать, и далее см. Проблему № 7.

Впрочем даже честный приход к власти парламентским путём в кризисный период — тоже неминуемо ведёт к Проблеме № 7, поскольку, как только кризис окажется преодолён, радикальная идеология перестанет быть востребована обществом.

Либо же сами коммунисты в такой ситуации подвергнутся перерождению (о чём я подробнее скажу ниже), т.е. сместятся от радикальных позиций к центру и, значит, де-факто перестанут быть коммунистами, сохранив, быть может, только название.

@темы: идеи, коммунизм, политика, размышление, философия

14:21 

Коммунизм, часть 6

Проблема № 7: несовместимость коммунизма с современной демократией

Современная демократия предполагает, что власть должна обновлять мандат доверия, полученный от народа, каждые несколько лет (где-то 4, где-то 5, 6 или 7). Т.е. происходят выборы, в идеале честные, в результате которых власть может смениться цивилизованным путём.

Однако не вызывает сомнения, что построить коммунизм ни за 4 года, ни за 7, ни за 14 — практически не реально. Тут речь идёт по самым оптимистическим прогнозам о многих десятилетиях, а по более правдоподобным — о веках, если не тысячелетиях.

При этом коммунизм является целью лишь для одного политического сектора — т.е. для собственно коммунистических партий. У всех остальных партий — социалистических, социал-демократических, либеральных, националистических, консервативных, республиканских, монархических, зелёных, христианских, исламских и т.д. и т.п. — конечные идеалы иные.

Если выборы не профанация, то легко может сложиться ситуация, что даже в том государстве, где власть принадлежит коммунистической партии, эта самая компартия обязана будет уйти в оппозицию, уступив власть другой политической силе.

Но разница в идеологии между коммунизмом и другими политическими течениями настолько фундаментальна, что смена власти потребовала бы слома всех существующих принципов устройства государства и общества.

В этом заключается важное отличие от, скажем, американской политической системы: там демократы преспокойно чередуются у власти с республиканцами, но чередование это не затрагивает основ общественного устройства. Изменения, привносимые победившей на очередных выборах партией, скорее косметические.

Проводя метафору с постройкой дома, можно сказать, что американские демократы дискутируют с республиканцами о том, какого цвета обоями обклеивать стены на 120-м этаже выстроенного небоскрёба, в то время как приход к власти коммунистов означал бы, что весь этот небоскрёб надо снести до основания, чтобы строить на его месте здание совсем иного архитектурного стиля и назначения.

Такие фундаментальные вопросы нельзя решать раз в 4 года. Иначе на месте стройки так и останется котлован. За 4 года возведут несколько этажей, затем власть сменится — и значит снова смена концепции, все этажи под нож, и заново, с чистого листа, по кардинально иному проекту придётся возводить дом, рискуя, что через 4 года он так же пойдёт на слом.

Но и упразднить выборы тоже нельзя, хотя это, возможно, многим кажется самым простым делом: «подумаешь, какие-то выборы, обходились же без них в прежние века, а потом наловчились успешно фальсифицировать».

Сложность в том, что, конечно, можно обойтись без реальных выборов (или ограничиться мухлежом) раз, другой, третий, сохраняя тем самым у власти компартию, но рано или поздно в таком обществе сформируется поколение людей, которое перестанет понимать, по какому праву компартия удерживает власть, на каком основании эта компартия ведёт страну к коммунизму и, самое главное, — чего ради самим людям прикладывать усилия к достижению той цели, которую они себе не выбирали.

Возникнет разрыв между правящей верхушкой и обществом. Верхушка будет высокопарно вещать о коммунизме, а общество будет мысленно слать эту верхушку к чёрту и заниматься вместо строительства коммунизма своими личными делами.

(Тут мне подумалось в шутку, что, возможно, более подходящим историческим периодом для построения коммунизма могла бы быть эпоха абсолютизма, века, например, 17-го, когда народ слепо подчинялся государю, веря, что власть его от Бога, а вера в Бога ещё была незыблема в массовом сознании. Попадись в ту пору коммунистически-настроенный король или царь, возможно в истории появился бы любопытный прецедент. Впрочем, такого царя, вероятнее всего, весьма оперативно удавили бы бояре, боясь лишиться сословных привилегий.)

Реально же, чтобы преодолеть эту проблему, нужно чтобы все партии политического спектра стали в основе своей коммунистическими, аналогично тому, как в США все мало-мальски влиятельные партии являются капиталистическими (хотя, может быть, и сами того не осознают).

Причём приобрести коммунистический характер партии должны не принудительным способом, т.е. не запретом и подавлением альтернативных идеологий, ибо запрет юридический не означает запрета в умах людей. Например, в СССР не было ни одной капиталистической партии, однако это не мешало поколению 70-х годов грезить о шмотках из-за железного занавеса, о джинсах и магнитолах, о музыке Битлз и прочих завлекалках «тлетворного Запада». Наоборот, запрет и труднодоступность придавали всему этому дополнительный шарм.

Фактически требуется, чтобы коммунизм стал чем-то бОльшим, нежели просто политическая платформа. Чем-то более глубинным, и значит не меняющимся при смене политических платформ. Но об этом я уже писал раньше: коммунизм должен стать наукой, доминирующим научным направлением, причём наукой достаточно точной, не гуманитарной, поскольку в гуманитарных науках всегда есть риск, что через 10 или 20 лет придёт новый мыслитель и все имеющиеся факты ещё более успешно опишет какой-нибудь новой теорией или трактовкой, кардинально отметающей наработки прежней теории (и тут произойдёт то же самое, что выборы делают в политике — тот же взрыв недостроенного дома).

А вот возможно ли вообще превращение коммунизма в полноценную точную науку — вопрос неоднозначный. Есть риск, что это в принципе недостижимо.

@темы: философия, размышление, политика, коммунизм, идеи

17:40 

Коммунизм, часть 5

Проблема № 5: равенство

Один из составляющих компонентов коммунистической идеи — принцип всеобщего равенства. Но, как показывает проблема № 1, — принудительное экономическое равенство препятствует развитию общества.

Более того, даже безотносительно экономики, к принципу равенства есть ряд серьёзных вопросов:

Равны ли в самом деле люди от природы или это только красивый миф, идеализация, утопия?

Равны ли между собой человек среднего ума, гений и клинический дебил?

Равны ли труженик и бездельник?

Равны ли законопослушный гражданин и преступник? Ребёнок и взрослый? Профессор и алкоголик? Старший и младший? Здоровый и больной? Изменник и герой? Начальник и подчинённый?

В чём должно состоять это равенство? В достатке? В правах политических, экономических, социальных? В обязанностях? В уважении?

Можно ли в конце концов считать равными даже мужчину и женщину, если у мужчин не бывает беременности, а женщины по статистике живут дольше на несколько лет?

(Известно, что работодатель, при прочих равных условиях предпочитает взять на работу молодого мужчину, а не женщину, ибо женщина может уйти в декрет, и предприятию от этого будет убыток.)

Эти вопросы не так уж банальны. Но главное в них даже не то, что ответить на них трудно, а то, что никакой ответ не будет обладать всеохватной убедительностью.

Проблема № 6 (примыкающая к предыдущей проблеме): неизбывность ксенофобии

Помнится, «Кортик» А.Рыбакова начинался с того, что мальчику Мише ребята с соседней улицы запрещали на той улице появляться. Было разделение: у каждой группы ребят «своя» улица, заходить на чужую — нельзя, если не хочешь получить камнем по лбу.

Когда Миша совершил подвиг, напав на бандита и пострадав в драке с ним, за такую доблесть ему «чужая» группа ребят предоставила небывалую привилегию: «Ты, Миша, по нашей улице ходи, если хочешь!»

Что ж, допустим, это годы гражданской войны, коммунистические идеи о равенстве ещё не проникли в народное сознание. Но у меня есть ещё два похожих примера, которые дают исчерпывающую картину.

Конец 20-х — начало 30-х годов. Из воспоминаний моего деда. Дед жил в станице Вёшенской, на Дону. А через речку, кажется, располагалась станица Базки. И между мальчишками из Вёшек и мальчишками из Базков — была необъяснимая, но очень лютая ненависть, вплоть до того, что ребята собирались в команды и шли бить команду противника.

И это при том, что у них не было различий ни по национальному, ни по классовому, ни по материальному признаку.

Предположим снова, что в ту пору это мог ещё быть пережиток дореволюционных времён, когда идеи равенства не владели массами.

Но такую же историю я слышал и от своего приятеля Дмитрия с Изумрудного форума: он рассказывал про свои школьные годы, пришедшиеся на середину 80-х. Летом, на даче, в Московской области, он с группой знакомых ребят точно так же ходил «лупить пионеров». При том, что сам он, как и вся его группа, вообще-то тоже были пионерами, да и сам Дмитрий тогда чистосердечно верил в коммунизм.

То есть адекватных причин «бить пионеров» — не было. Но всё равно били. Почему?

Потому, что ксенофобия, т.е. неприязнь к чужим, — есть видимо неотъемлемое свойство человеческой натуры, по крайней мере для большинства людей. Ксенофобия, плюс потребность делить мир на своих и чужих, и объединяться со своими в группу, настроенную против чужой группы. Это свойство может быть сглажено воспитанием, но избавиться от него полностью — невозможно.

А если так, значит коммунизм не решит проблему неравенства. Даже при полном равенстве люди найдут из-за чего враждовать, завидовать, ненавидеть друг друга. Раз есть к тому глубинная потребность, значит повод найдётся.

Социализм старался убрать причины для раздоров, связанных с неравенством: отменил сословные привилегии, свёл к минимуму различия в достатке, признал равноправие мужчин и женщин, пропагандировал интернационализм (равенство народов). И тем не менее, бытовая вражда процветала. Завидовали тому, что у соседей есть роскошный ковёр или дублёнка; завидовали статусным благам, хоть проку от них и было в разы меньше, чем на Западе; делили профессии на престижные (директор института, офицер, лётчик) и презираемые (дворник).

Но даже если бы материальное и социальное неравенство было ликвидировано полностью, всё равно. Всеобщего счастья бы не наступило. Люди враждовали бы из-за различия в талантах, из-за безответной любви, из-за пристрастий к разным футбольным командам или музыкальным группам...

Таким образом, сама цель коммунизма, понимаемая как счастье человечества, оказывается недостижима.

@темы: философия, размышление, политика, коммунизм, идеи

08:51 

Коммунизм, часть 4

Проблема № 3: издержки «проектного мышления». Если рассматривать построение коммунизма как проект, причём долгосрочный, выявится ряд важных факторов.

1. Проекту нужны чёткие сроки и цели. Чтобы люди знали, когда именно и чего именно ждать на каждой из стадий. Без этого проект становится расплывчатым, рыхлым, аморфным, а исполнители предпочитают «сачковать». Но с другой стороны, устанавливать чёткие сроки — всё равно, что спрашивать, какого именно числа обезьяна превратилась в человека. В таких процессах не бывает точных дат. Вехи же, намеченные чересчур детально, вроде коммунизма к 1980-му году или обгона США по надою молока в такой-то пятилетке — звучат скорее смешно, чем обнадёживающе.

2. Общество устаёт от долгосрочных проектов. Если проект затягивается, то энтузиазм первых лет сменяется разочарованием и апатией. Если сроки проекта превосходят человеческую жизнь, становится трудно найти средства, которые бы поддерживали актуальность проекта для этих людей. В их сознании он может существовать лишь на периферии, не занимая центрального места.

3. Искусственное поддержание актуальности цели, когда живого энтузиазма уже не осталось, — ведёт к гипертрофированному отторжению общества от этой цели. Происходит надрыв в общественном сознании. Почему не разваливаются США, Франция, Испания? Потому что они ничего не «строят» (в глобальном смысле). Американский фермер, французский лавочник, испанский журналист — занимаются каждый своим собственным делом, строят в первую очередь собственную жизнь, заводят семью, открывают бизнес, меняют работу, отдыхают, путешествуют по миру или проводят время в баре. То, что при этом они своей деятельностью вольно или невольно способствуют процветанию государства, — для них процесс побочный, незаметный, второстепенный. У них нет осознания, что они вкладываются в какой-то масштабный государственный суперпроект, поэтому у них и не наступает спрос с этого проекта, не возникает желание в какой-то момент получить отдачу. Наш же советский гражданин, отдав построению коммунизма 10, 20 или 50 лет, в конце концов задумывается и предъявляет претензии: я трудился, тратил жизнь, здоровье — и где обещанный коммунизм? нету? так дайте хотя бы бесплатное жильё!

Проблема № 4: альтернативность

Если бы разница между коммунистическим и капиталистическим обществом состояла в том, что в одном обществе царит счастье и достаток, все «танцуют и поют», в то время как в другом обществе население стремительно нищает, болеет, вымирает, на улицах чума и запустение, города превращаются обратно в деревни, а наука и техника деградируют, утрачивая накопленные в прежние века достижения, — тогда да, выбор между двумя моделями был бы недолог и прост.

Реально же ситуация иная. И в той, и в другой модели — как правило, «жить можно». Я сейчас не беру крайние случаи — сталинский режим, зверства красных кхмеров, северокорейский маразм с одной стороны, и какое-нибудь Гаити, Руанду с другой. Тут скорее будет правильно сравнивать лучшие примеры с каждой из сторон, например ГДР vs США.

Тогда становится видно, что альтернатива обществу, строящему коммунизм, очень даже есть, а достоинства и недостатки обеих систем — предмет для дискуссий, а не для немедленного экстренного отказа от одной системы в пользу другой.

@темы: философия, размышление, политика, коммунизм, идеи

14:20 

Коммунизм, часть 3

Проблема № 2 — касается свободы человека и, если можно так выразиться, гуманитарного характера философской науки.

Есть известный анекдот.

Рассказывает pаввин: — Идy я как-то в сyбботy по улице и вижy, что вы дyмаете? кошелёк! Полный денег! Hy я, как человек нyждающийся, конечно не могy пpосто так мимо этого кошелька пpойти. Hо дело-то в субботу! Поднять кошелек нельзя, грех! А я человек pелигиозный. Что делать?! В отчаянии взмолился я Господy нашемy... и что бы вы дyмали я yзpел? Чyдо! Пpедставляете, везде, кyда ни глянь — сyббота, а вокpyг меня — ЧЕТВЕРГ!

Так вот, чтобы строить коммунизм, требуется широкий общественный консенсус. Не может быть такого, чтобы в доме номер 8 был коммунизм, в доме номер 9 — капитализм, а за угол повернуть, так там феодализм или вообще исламская республика.

Нужно, чтобы большинство народонаселения на некой достаточно протяжённой (вплоть до уровня экономической самостоятельности) территории — выбрало бы коммунистическую модель общества.

А в наше время это нереально. Эпоха, когда все мыслили «строем», одинаково, — прошла. (Хотя не возьмусь утверждать, что безвозвратно.)

Сейчас каждый мыслит кто во что горазд, и верит во что хочет (как пел Высоцкий — «Кто верит в Магомета, кто в Аллаха, кто в Иисуса, кто ни во что не верит, даже в чёрта назло всем...»). При таком разброде мнений коммунизма не построить. Если только само построение коммунизма не удастся обосновать научно как единственно-верную, безальтернативную и наиболее эффективную модель развития, избавленную к тому же от существенных издержек.

Такое обоснование, насколько я знаю, пытался в своё время дать марксизм в совокупности с близлежащими научно-философскими системами, такими как диалектика, исторический материализм и т.д.

Однако неизбывная проблема этих теорий и систем — в том, что они гуманитарны. Если бы речь шла о точных науках, всё было бы проще: выдвигается теория, проводится эксперимент, данные замеряются точными приборами, и если эти данные подтвердили теорию, то всё, она признаётся правильной и никому не придёт в голову всерьёз её оспаривать. Теория становится общепринятой. На тех, кто продолжает с ней несоглашаться, научный мир смотрит как на чудаков, не заслуживающих особого внимания. Не вести же научные диспуты с тем, кто считает, например, что вода, при 100 градусах Цельсия превращается в лёд, или что яблоко Ньютона улетает в облака.

В гуманитарных науках подобной чёткости, ясности и однозначности нет. Понятия, с которыми оперируют такие науки, достаточно абстрактны. Формулировки размыты, либо «размыт» сам предмет формулировок, т.е. допускает разные трактовки. Эксперимент затруднён. Сама природа исторических процессов предполагает, что они могут длиться сотни, тысячи, миллионы лет. Проверить ничего не возможно. Факторов, требующих учёта, неисчислимое множество. В Египте, например, в 2011 году произошла революция, а в Марокко нет, хотя демонстрации протеста одновременно шли и там и там (т.н. «Арабская весна»).

Поэтому убедить широкие массы людей или хотя бы правящую верхушку в необходимости построения именно коммунизма — пока что малореально.

@темы: размышление, философия, политика, идеи, коммунизм

07:17 

Коммунизм, часть 2

Проблема № 1: необходимость нового человека

Марксистскую (или приписываемую марксизму) установку, что капитализм (Западный мир) будет загнивать и сам себя в итоге приведёт к социалистической революции — я после долгих размышлений отверг.

Главная проблема коммунизма мне видится в другом. А именно: чтобы коммунизм стал реальностью, должен измениться сам человек (в планетарном масштабе, как биологический вид).

Экономически социалистическое общество оказалось несостоятельно. Капиталистическое — гораздо эффективней. Мне, как горячему стороннику плановой экономики и советской модели развития, трудно было признать экономическое преимущество капитализма, но увы, пришлось, ибо подтверждающих свидетельств великое множество.

Социалистическая экономика практически повсеместно приводила к товарному дефициту и сравнительно невысокому (хотя и более равномерному) материальному уровню жизни. Почему? Потому, что в натуре человека пока ещё преобладают эгоистические стремления. Работать чисто за идею, ради светлого будущего и прочих прекрасных идеалов, причём работать нехалтурно и с полной самоотдачей, — способно лишь узкое меньшинство народа. Большинство же ради идеалов работать не станет, либо будет работать плохо, без огонька, без азарта (см. «Платформу» М.Уэльбека). Настоящий же азарт у большинства способно вызвать только «экономическое поощрение» инициативы, т.е. эгоистический, корыстный мотив.

А для этого нужна рыночная экономика. Которая, как известно, строится на присвоении людьми продукта, созданного чужим трудом. При рыночной экономике хитрецы, всяческие проныры и де-факто спекулянты имеют узаконенную возможность обирать честных тружеников (и не очень честных, впрочем, тоже).

Именно эти проныры, хитрецы, спекулянты (они же дельцы, предприниматели, бизнесмены) в погоне за личной наживой умудряются так организовать производство, доставку и совершенствование товаров, что рынок очень быстро насыщается, дефицит исчезает, научно-технический прогресс стимулируется. Такое насыщение рынка произошло при НЭПе, затем при Гайдаровских реформах. Многократные подтверждающие примеры есть в других странах (японское «экономическое чудо», корейское «экономическое чудо», немецкое и т.д.).

Если же роль стимулятора, организатора, регулировщика — берёт на себя государство, — такая система оказывается менее эффективной. Грубо говоря, попытки из Москвы рассчитать сколько гвоздей потребуется в Алма-Ате и какого покроя платья нужны Кишинёву, — обречены на провал. Государство оказывается слишком громоздко, неповоротливо и медлительно для решения таких задач. Государственный чиновник Госплана, к тому же не имеющий личной (корыстной) заинтересованости, не сможет так ловко определить какого и где товара не хватает и в каких количествах, как это сделает предприниматель, заботящийся о своём кошельке. Именно предприниматель, выискивая способы получить сверхприбыль, способен найти на рынке незаполненные ниши (и насытить их), там где государственный чиновник тупо пройдёт мимо.

Таким образом, мы получаем, что пока в человеческой натуре преобладает эгоизм, материально цивилизацию будут двигать вперёд Рокфеллеры и Ротшильды, а не стахановцы и Герои Соцтруда.

Условный «Рокфеллер» получается при этом, конечно, не кумир и идеал для будущих поколений, а скорее необходимое зло, полезная бактерия, паразитирующая на организме, без которой однако этот организм не сможет обойтись.

Ситуация изменится лишь тогда, когда люди в массе своей станут альтруистами настолько, что благородные побуждения перевесят в их душе корысть.

@темы: философия, размышление, политика, коммунизм, идеи

07:12 

Коммунизм, часть 1

Давно уже собираюсь сделать серию постов про коммунизм.

В этих записях попробую рассказать, каким мне видится правильный коммунизм, какие стоят перед ним проблемы на данном этапе и как эти проблемы преодолеть.

Также попытаюсь разобраться, чем отличается правильный (в моём представлении) коммунизм от коммунизма «классического» (марксистско-ленинского) и от идеологии современных партий, называющих себя коммунистическими.

Соображения мои о коммунизме и связанных с ним темах — формировались постепенно, начиная с 1991 года. Существенную часть этих соображений мне удалось более-менее связно изложить года полтора назад в переписке с Салем. Эта переписка и стала основой для нынешней серии постов.

Проблемы, стоящие перед коммунизмом, я для удобства пронумеровал, однако нумерация эта произвольна, и ей не нужно придавать особого значения.

Добавлю сразу, что рассуждения мои — сплошь дилетантские. Я легко могу путаться в фактах и тем более в их трактовках. Это относится также к истории, представление о которой у меня довольно приблизительное. Так что ни на какую истину в высшей инстанции или пафосное «глубокомыслие» я в своих рассуждениях заведомо не претендую.

Часть рассуждений вообще будет утопически-фантастическая, а потому не пригодная для восприятия всерьёз.

@темы: философия, размышление, политика, коммунизм, идеи

21:19 

Слухи о бомбёжке Луганска

По поводу предполагаемой бомбёжки Луганска украинской армией я могу сказать следующее. Не знаю, достоверна ли эта информация, ибо сообщения идут в основном от сепаратистов, которые слишком часто врут, и от имперски-настроенных российских кликуш, которым застилает глаза великодержавный шовинизм.

Но если информация всё-таки верна, то нынешнее киевское руководство автоматически переходит в ранг военных преступников, место которым в тюрьме.

Я считаю, что любой, кто бомбит город с мирными жителями, применяет авиацию, бомбы и ракеты против гражданского населения, — абсолютный дегенерат. И оценка эта не зависит от политических предпочтений или разделения на «наших»/«не наших».

Поэтому для меня преступником является, например, натовец Хавьер Солана, настоявший на бомбёжке Югославии в 1999 году. Хотя в Европе Солану по сей день считают респектабельным политиком.

Преступниками я считаю Ельцина и всех его мелких сошек, развязавших чеченскую войну в 1994 году. Такой же преступник — Путин, инициатор второй чеченской войны.

Аналогичный преступник — Саакашвили. Какие бы чудесные реформы ни провёл он в Грузии, и как бы ни млела от него политически продвинутая богема, — один факт бомбёжки Цхинвала всё перечёркивает бесповоротно и навсегда.

На том же основании в список преступников попадает сирийский президент Башар Асад, но и сирийская оппозиция, действующая теми же методами, — точно так же преступна.

Преступно израильское руководство, ответственное за операцию «Литой свинец» 2008 года, которая по сути была войной в Секторе Газа.

Список, к сожалению, можно продолжать очень долго. И если подтвердятся сообщения о Луганске, тогда к списку добавятся украинцы Турчинов и Порошенко.

Впрочем, в мире нет ни одной заметной политической силы, готовой беспристрастно подойти к этой проблеме. В реальности все всё равно судят по принципу «свой»/«чужой»: либо человек ругает НАТО, Джорджа Буша, Израиль, Саакашвили, но при этом поддерживает Путина, Асада, Милошевича и Саддама Хусейна; либо ровно наоборот — Путина с Асадом клеймят как кровавых тиранов, но критику в адрес Саакашвили и Израиля воспринимают как моветон, присущий лишь всяким Шариковым и Швондерам.

И пока торжествует такой подход, бомбёжки будут продолжаться — то в одной, то в другой точке земного шара. Ибо всегда найдётся кто-то, кто сможет их оправдать.

@темы: неполиткорректное, констатация фактов, историческое, дегенерация, генеральная линия, политика

13:01 

Профнепригодность

Чиновничья профнепригодность порой просто поражает.

Помню, свеженазначенный при Собянине начальник московского метро Иван Беседин в одном из первых своих заявлений выдвинул идею: устраивать днём разгрузочные получасовые перерывы на разных линиях метро. Очень мило) Можно себе представить, как в московском метро в разгар рабочего дня поезда останавливаются на полчаса, чтобы скушать твикс) Естественно, идиота сразу же поправили, и многомудрая инициатива заглохла. Но как можно сделать начальником метро человека, который явно ни разу в метро не спускался (разве что в далёком детстве) — вопрос открытый.

Другой московский чиновник — недавний кумир хипстеров Сергей Капков, едва назначенный директором Парка Горького, убрал из парка аттракционы. Теперь у нас парк без аттракционов, добро пожаловать в XVIII век, таковы нынче культурные веяния. Осталось ещё изобрести фонтаны без воды и концерты без звука. Метро без пассажиров уже изобрели (см. выше), но не сложилось. А недавно во френдленте встретилось очередное новшество: детская библиотека без книг и без детей-читателей))

Затем некий московский зам мэра, не помню который из них (благо они там все друг друга стоят), в ответ на упрёки, что, мол, мэрия собирается, похоже, закрыть все ларьки и киоски, — утешил публику: часть киосков останется, мэрия вовсе не все их истребляет, принцип у мэрии другой — там, где киосков слишком много, их убирают, а где слишком мало, там даже наоборот добавляют.

Единственный здравый вывод, который можно сделать из сего откровения: зам мэра вообще не понимает, как работает рыночная экономика. При рыночной экономике число киосков регулируется само собой: где есть в них потребность, там они и возникнут, как грибы после дождя, а где будут лишние, там закроются, раз уж не нужны покупателям. Самое разумное, что может тут сделать государство — не вмешиваться, не гнобить предпринимателей и не пытаться решать за покупателей, что им нужно и чего не нужно.

Максимум допустимого госвмешательства — поставить социальные киоски где-нибудь на отшибе, где предпринимателям торговать не выгодно оттого, что там слишком мало живёт народу. Однако ничего такого мэрия не делает, зато весь центр Москвы от киосков зачищен.

Ну и наконец сегодняшняя новость. Замглавы Роскомнадзора Максим Ксензов заявил, что блокировка твиттера в России практически неизбежна, и что его ведомство готово за несколько минут заблокировать твиттер и фейсбук. Это примерно как если садовод, поставленный выдёргивать сорняки, начнёт хвастаться, что ему ничего не стоит весь сад раскатать под асфальт. Впрочем, сама затея с выдёргиванием «сорняков» изначально была порочной, учитывая, что главный сорняк, который действительно надо выдернуть, прочно засел в Кремле.

А больше всего среди всей этой пакости огорчает даже не сам факт профнепригодности того или иного чиновника, а то, что при нынешней системе именно профнепригодные чиновники оказываются востребованы и успешны.

@темы: дегенерация, политика

10:48 

Республики и монархии XXI века

Пожалуй, пора переосмыслить понятие монархии и республики, исходя из современных реалий.

Так, например, Великобритания — самая натуральная республика, хоть там и считается главой государства королева. Реальная власть всё равно принадлежит правительству и парламенту, которые формируются по результатам всенародных выборов.

Аналогичная картина — в Испании, Швеции, Норвегии, Нидерландах, Бельгии, Японии и т.д. и т.п.

А вот Сирия, Азербайджан и КНДР, несмотря на формально демократическую модель управления, по сути являются монархиями. Власть там хоть и называется президентской, но фактически передаётся по наследству, от отца к сыну (а в КНДР уже и к внуку).

@темы: размышление, политика, констатация фактов

00:21 

Недальновидность Наполеона

Вообще поражает меня недальновидность Наполеона в его имперских устремлениях.

В военном искусстве Наполеон был, без преувеличения, гениален. То же касалось его талантов в управлении государством, введении прогрессивных законов и модернизации общественного устройства (помнится, он чуть ли не уставы для театров и Академии наук писал). Тем более странно, что при всей своей гениальности Наполеон не понимал простую вещь: его империя, созданию которой он посвятил столько сил, продержится лишь до тех пор, пока сам он остаётся у власти.

Удерживать под французским флагом чужие территории и народы возможно лишь насильственным путём, а насилие это будет иметь успех, только если во главе страны стоит по-настоящему гениальный полководец. Гениальность же по наследству, увы, не передаётся.

И если представить себе альтернативное развитие истории, благоприятное для Наполеона, результатом всё равно окажется разбитое корыто. Предположим, Наполеон не пошёл бы в 1812 году против России и заодно не увяз бы в Испании, где яростное народное сопротивление сильно попортило кровь Великой Армии. Что дальше?

Великая Армия бы уцелела. Гегемония Наполеона в Европе сохранилась бы на десятилетия. Возможно он даже вышиб бы англичан из Индии малой кровью и обеспечил для Франции экономическое процветание. Допустим, даже и болезнь — без Ватерлоо и козней Гудсона Лоу — обошла бы императора стороной.

И вот он доживает до преклонных лет, и где-нибудь в середине 1840-х годов власть переходит к столь же благополучно уцелевшему Орлёнку. Император Наполеон Второй помпезно коронуется в Реймсе. А уже через несколько месяцев на границах империи вспыхивает волна национально-освободительных движений, вслед за которыми вступают в бой подзачахшие великие державы: Англия, Австрия, Пруссия, Россия — все те, кто при Наполеоне-старшем были вынуждены смирять свою гордыню. Ну а смирение, особенно вынужденное, сильно располагает к взятию реванша. Лет пять кровавой смуты, и все приобретения империи идут коту под хвост. Ибо страна, противостоящая всему миру, неизбежно проигрывает.

Успешно противостоять целому миру может только отдельная цивилизация, более прогрессивная, чем этот окружающий мир. Так, Англии не стоило большого труда контролировать четверть земного шара, пока противниками англичан были несчастные туземцы, отсталые технически и социально. Но даже и эта конструкция в конце концов рухнула.

Французская же империя никаких непреодолимых цивилизационных преимуществ перед соседями-европейцами не имела. Достаточно было бы Европе избавиться от феодальных пережитков, ориентируясь на пример той же Франции, и всё, участь великой империи была бы решена бесповоротно.

@темы: АУ, историческое, наполеон, политика, размышление

08:31 

Лунно-марсианская логика

Наблюдая страсти, кипящие вокруг Крыма, я прихожу к выводу, что российская власть и «патриотическая» часть общества руководствуется логикой, устаревшей ещё лет 70 назад.

Логика эта ставит во главу угла вопрос владения территорией: земли делятся на наши и не наши. Чем больше у нас земли, тем лучше. Чем большую площадь покрывает цвет нашей страны на глобусе, тем мы круче. А вот что со всей этой землёй делать — вопрос глубоко вторичный. Главное, что широка страна моя родная.

Логику эту я бы обозначил как лунно-марсианскую. В том смысле, что так же рассуждали западные чудаки-энтузиасты после выхода человечества в космос, приобретавшие на полном серьёзе патенты на владение участками Луны, Марса и т.д. Таким людям по-настоящему грело душу осознание, что где-то там на далёкой Луне у них есть вполне законный кусок территории. А то, что воспользоваться подобным приобретением практически невозможно, этих людей ничуть не волновало.

Между тем, реальная геополитика Запада давно уже действует по совсем иной логике — экономической. Европейские метрополии отказались от колоний. Британская империя ретировалась из Индии, да и сама империя была преобразована в аморфное Содружество наций. Франция нашла в себе силы отпустить даже бесценный для их национального самосознания Алжир. С точки зрения лунно-марсианской это полное фиаско. Реально же — ничего подобного. Просто западные элиты догадались заменить территориальный контроль экономическим.

Они больше не играют в раскрашенный глобус, вместо этого они развивают экономические связи. А те, кто поциничнее, банально выкачивают ресурсы из бывших колоний. Те же США не аннексируют Ирак и не присоединяют к себе Афганистан в качестве 51-го штата. Им важнее нефть, полезные ископаемые, дешёвая рабочая сила, сеть транснациональных корпораций. А территория — за ней же смотреть надо, поддерживать порядок, разбираться в местечковых склоках... С этим пусть справляются местные власти.

@темы: политика, аналитика

07:57 

Тишина перед войной?

Массовая зачистка оппозиционных интернет-СМИ навевает тревожные ассоциации.
На днях власть взяла под контроль Ленту.ру, вчера блокировались Грани.ру, а затем, под предлогом борьбы с блогом Навального, на какое-то время был отключён сайт Эха Москвы и весь ЖЖ в целом. Сейчас Эховский сайт и ЖЖ восстановили свою работу, хотя провайдеры Эха уже начали было веерное отключение, опробованное ранее на телеканале «Дождь». Блог Навального остаётся заблокирован: «На территории вашей страны просмотр этой страницы запрещен органами власти.»

Всё это, в совокупности со вчерашним побоищем в Донецке, организованным то ли российскими титушками, то ли российскими же «патриотами», — заставляет предположить, что в ближайшее время Россия может оккупировать уже не только Крым, но и юго-восток Украины.

Определённая логика в этом есть: если Россия не займёт эти области сейчас, то вскоре украинские войска могут там окопаться, создав заслон по периметру Крыма, чтобы не допустить расползания российской агрессии. Тогда уже Путину отхватить «пророссийскую» часть Украины без большой крови окажется невозможно.

В любом случае, выглядит вся эта ура-патриотическая истерия довольно мерзко. С одной стороны — да, действительно, Крым всё-таки в большей степени российская земля, чем украинская, и быть ему правильнее в России. С другой стороны — если возвращением Крыма занялись шовинисты, мракобесы, пропагандоны и криминальные авторитеты, то, как говорится, жди беды. Перефразируя Стругацких, можно сказать, что такие средства компрометируют любую цель.

Что же касается зачистки информационного поля, есть вероятность, что вскоре разгонят и Эхо Москвы. Для начала просто не утвердят Алексея Венедиктова на посту главного редактора. Ну а дальше механизм известен: НТВ — ТВ6 — ТВС — тишина...

В любом из этих прогнозов хотелось бы ошибиться...

@темы: политика, аналитика, стругацкие

04:11 

Где остановится Путин

Целью ввода войск на Украину может быть один из трёх вариантов.

Вариант 1. Россия возьмёт под контроль Крым, превратит его в буферное, независимое от Украины государство (с нулевыми шансами на международное признание) и вскоре присоединит к себе в качестве субъекта федерации.

Вариант 2. Россия не ограничится Крымом, войска займут также ряд областей на востоке и юге Украины, где будет провозглашена либо пророссийская автономия (с прицелом на федерализацию Украины), либо независимая от Киева республика — некий эрзац Украины, наподобие того как в Советском Союзе эрзацем Финляндии стала Карело-Финская ССР. Эту эрзац-Украину Россия юридически аннексировать не станет, но включит в Таможенный и Евразийский Союзы вместо "Большой" Украины. А на окончательный уход Западной (про-Киевской) Украины в НАТО и ЕС Россия махнёт рукой.

Вариант 3. Россия попробует поставить под контроль всю Украину. Для этого российским войскам придётся взять Киев, и там, под лозунгом восстановления законности, будет возвращён к власти Янукович, которому отныне придётся исполнять жалкую роль марионетки.

Впрочем, третий вариант абсолютно фантастичен, поскольку для его осуществления российским войскам пришлось бы вступить во враждебные области Западной Украины, где кровавые столкновения станут неминуемы; украинцы во Львове и других городах подчиняться Януковичу откажутся наотрез, снова начнутся захваты административных зданий, которые российской армии придётся пресекать силой. Захватить же Киев Путин просто не осмелится, памятуя, что на майдан там в одночасье выходили сотни тысяч человек. Силовой разгон такого Майдана превратил бы Киев в руины.

Поэтому встаёт вопрос: где остановится Путин?

Тут уместно вспомнить, как начиналась президентская карьера Путина в 1999 году. А началась она со второй чеченской войны. В обществе тогда витало несколько идей по решению чеченской проблемы: подавление огнём и мечом, частичная оккупация Чечни для защиты русского населения, предоставление Чечне независимости, либо даже обнесение Чечни "стеной", как между Израилем и палестинскими территориями, чтобы отгородиться от чеченских боевиков с террористами.

Так вот, Путин избрал тогда силовой вариант, ввёл в Чечню войска, но поначалу отрицал, что собирается взять под контроль всю республику. Речь шла о том, что войска якобы дойдут до некой линии и там остановятся, и сам Путин об этом публично врал, про что сейчас уже никто не вспоминает.

Поэтому, считать, будто Россия теперь ограничится только Крымом, — скорее всего, ошибка. Армия вероятно пойдёт и дальше, если только Восточные области не встанут на дыбы в пользу Киева.

Более того, Крым по суше не граничит с Россией, так что для удобства коммуникации (и последующей аннексии) будут захвачены как минимум прилегающие к нему области.

Захватывать же Киев для реставрации Януковича в общем-то не обязательно. Янукович может стать президентом пророссийской эрзац-республики на Востоке Украины. (Тут кстати видна параллель с Муссолини в 1943-1945 гг.)

Впрочем, есть ещё шансы, что так далеко дело не зайдёт. По крайней мере появление письма Януковича с просьбой о вводе войск свидетельствует, что всё пошло не так гладко, как рассчитывал Кремль. Такой бури возмущения на Западе Путин явно не ожидал, поэтому пришлось срочно добывать пресловутое письмо, дабы предъявить его Совбезу ООН.

Само по себе письмо это вряд ли фальшивка. Хотя совсем недавно, на ростовской пресс-конференции, Янукович высказывался категорически против ввода войск и всеми силами изображал неприятие кровавых сценариев, — удивляться такому его кульбиту не приходится: Януковичу и раньше доводилось кардинально менять позицию, а уж сейчас всё, по-видимому, проще простого. Должно быть, компетентные люди ему доходчиво объяснили: либо письмо, либо высылка на военном вертолёте прямиком на Майдан.

Однако дата письма очевидно подтасована. Ибо если бы письмо существовало 1-го марта, о нём было бы объявлено прежде, чем Путин обратился в Совет Федерации за разрешением на ввод войск. И "просьба" Януковича вошла бы в мотивировочную часть путинского обращения.
Теперь же подтасовка видна невооружённым глазом, и трясти этой бумажкой в ООН — всё равно что самих себя выставлять идиотами.

Зато письмо это теперь уже окончательно повяжет Януковича с Россией. Ибо я не удивлюсь, если через несколько часов Генпрокуратура Украины возбудит против Януковича дело об измене родине — трактовать иначе призыв к оккупации своей страны иностранными войсками вряд ли возможно.

Как бы там ни было, крымская авантюра Путина обречена на провал по той простой причине, что для украинцев, которых живёт немало даже в пророссийских областях, наши войска отныне станут восприниматься исключительно как оккупанты. А как сказал чуть ли не Талейран Наполеону, штыки дело хорошее, но усидеть на них нельзя. Если в общественном мнении за тобой закрепилась репутация захватчика, то однажды, едва только ты ослабнешь, тебя выкинут прочь, заклеймят оккупантом и долго будут тебя сторониться, отрицая даже безусловные твои заслуги, что мы видели на примере Прибалтики и стран Варшавского договора.

Такова логика истории. Жаль только, что Путин этой логики не признаёт. Вопреки ей он усмирил Чечню, хотя его предупреждали, что, мол, гордые горцы никогда не покорятся, будут мстить за убитых родственников, за разрушенные города и сёла. Путин пренебрёг предупреждениями, сделал ставку на Кадырова и вроде бы победил. Победа эта очевидно пиррова и скорее всего временная, и закончится она, когда со сцены уйдут Кадыров и Путин. Но сам Путин это понимать отказывается, и видимо решил распространить свой успешный "чеченский" опыт теперь уже на Украину. Но тут уже могут возникнуть сложности с общественным мнением в самой России: если Украина всё же решит сопротивляться, то объяснить среднему россиянину необходимость бомбёжки Киева будет не так легко, как в случае с городом Грозным в 1999 году.

@темы: аналитика, дегенерация, политика

01:19 

Крымская авантюра

Вторжение России в Крым — означает видимо отказ путинского режима от проектов воссоздания в той или иной форме Союзного государства в пользу проекта имперского, унитарного. Союз как равноправное объединение республик вряд ли возможен с партнёром, способным под шумок откусить кусок от территории соседа. Ни Белоруссия, ни Казахстан, ни среднеазиатские государства, не говоря уже об Украине на реальный союз с Россией впредь не пойдут, сознавая, что Россия в любой момент может поставить под вопрос их территориальную целостность. Зато у России пропадает необходимость отталкивать от себя в угоду международному праву непризнанные мини-государства — Южную Осетию, Приднестровье, возможно также Абхазию. Вероятно вслед за Крымом Россия их попробует поглотить официально, предоставив им статус субъектов федерации.

Запад этому помешать не сможет: не воевать же с ядерной державой? Но репутация России на международной арене скатится ко временам холодной войны, с тем отличием, что сейчас у России не осталось союзников, нет своего военно-политического блока и нет внятной идеологии, которая как-то оправдывала бы это "собирание русских земель" перед другими странами.

Запад вероятно попробует компенсировать своё бессилие экономическими санкциями, минимизацией торговых связей и ужесточением визового режима. В результате взвоют российские бизнесмены, центр путинского электората ещё больше сдвинется в сторону люмпенов, а экономика вступит в фазу рецессии.

Впрочем, это всё геополитика, и с геополитическими трудностями как-то мириться можно. А вот если в ходе Крымской авантюры погибнут люди, этого уже никак не исправишь. И это станет очередным преступлением путинского режима. Впрочем преступлений на его счету столько, что — одним больше одним меньше — картина не меняется, и наказания не предвидится. Вероятность же кровавых столкновений в Крыму очень велика: тот же Правый сектор вряд ли станет мириться с вторжением российских войск и вполне может точечно атаковать наших солдат или новую крымскую власть.

@темы: аналитика, дегенерация, политика

20:47 

По поводу отключения телеканала «Дождь»

Когда в декабре освобождённый Ходорковский давал своё первое интервью, онлайн-трансляцию мне удалось разыскать только на «Дожде». Но... — без звука и с плохим качеством картинки. Мол, оформляйте платную подписку, тогда будет и звук, и цвет, и все радости жизни.

Тут сразу вспоминается телевизор из «Незнайки на Луне», отключавшийся на самом интересном месте и возобновлявший показ только если закинуть в него монетку 5 сантиков.

Да, я понимаю, что цена подписки копеечная. Понимаю, что сейчас цензура с удовольствием потирает свои поганые лапки. Понимаю, что сам себя выставлю идиотом и жмотом. Но моё мнение — нафиг такой «Дождь», нафиг такие услуги и нафиг такую свободу «второй свежести».

@темы: политика, незнайка, книги, жутко-паффосный-пост, техническое

03:10 

Украинское противостояние

Янукович перешёл грань и должен быть смещён.
Вопрос лишь в том, хватит ли на это сил у оппозиции. Народ в целом настроен решительно, однако лидеры оппозиционные слишком слабы, слишком уступчивы и инертны. Хотя и не до такой степени лузеры, как российская оппозиционная верхушка, вхолостую сдавшая протест 2011 года.

@темы: аналитика, политика

записки Чугунного Дровосека

главная