Прочитайте, как обстоят дела у сайта Дневников и как вы можете помочь!
×
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: Книги (список заголовков)
10:38 

Два Тадеуша

У Алисы Селезнёвой (из повестей Кира Булычёва) есть старшая подруга Ирия Гай, которая живёт под Вроцлавом вместе с мужем, Тадеушем Соколом, и маленькой дочкой Вандочкой. Этот факт, начиная с повести «Гай-до» (1986), повторяется у Булычёва много раз.

И вот я открываю недавно повесть «Уроды и красавцы» (2001), одну из самых поздних в серии об Алисе. И читаю: «...они долетели до Вроцлава, где в лесу, неподалеку от города, стоит дом старого друга Алисы Тадеуша Госки и его жены Ирии Гай, у которых растет маленькая дочка Вандочка».

Что за Госка? Откуда Госка? Лезу в интернет. Интернет сообщает, что был, оказывается, польский критик и переводчик Тадеуш Госк (1936–1993). Дружил с Киром Булычёвым, переводил его книги на польский. С 1979 года жил во Вроцлаве.

Есть и фото Тадеуша Госка, сделанное самим Булычёвым:


fantlab.ru/autor70907

@темы: алиса, булычёв, имена, книги, мелочи из сказок, прототипы

08:31 

Щукарь и другие

Лет 20 назад мой дед как-то упомянул, что у шолоховского Щукаря из «Поднятой целины» имелся реальный прототип. Был такой балагур по фамилии Воробьёв, в Вёшках его все знали.

Фамилия мне запомнилась. Уже когда деда не стало, а новый век принёс с собою интернет, я пробовал нагуглить подробности, но безуспешно. А вот сегодня очередная попытка частично подтвердила дедов рассказ.
tchukar.livejournal.com/19372.html

Правда, данные расходятся: то ли Воробьёва звали Тимофей Иванович, то ли Тимофей Тимофеевич. И дожил он не то до 1948 года, не то до 1958. Ещё пишут, что «прототипом» Щукаря он стал постфактум: Шолохов писал образ без прототипа, но, после выхода «Целины», сельчане признали Щукарём Воробьёва, уж очень оказался похож.

А вот ещё одну вещь не проверить уже никак. Когда-то дед с бабушкой говорили, что в «Тихом Доне» одним из эпизодических героев выведен мой прадед — бабушкин отец. Но под каким именем — никто уже не помнил. А прочесть «Тихий Дон» я так и не собрался. Теперь же, читай не читай — поздно.

@темы: воспоминания, книги, личное, прототипы, семейное, шолохов

15:32 

lock Доступ к записи ограничен

Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
20:33 

lock Доступ к записи ограничен

Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
17:53 

lock Доступ к записи ограничен

Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
10:21 

Урфин у Сухинова

Похоже, что Урфин у Сухинова распался на четырёх персонажей: чародейку Корину, алхимика Парцелиуса, кузнеца Аргута и садовника Тамиза.

1) Корина — интриги, жажда власти, сочетание зла и добра, сиротство, жизнь при Гингеме в ранние годы.
2) Парцелиус — скверный характер, оживление рукотворного войска, жажда власти, тщетные попытки освоить магию.
3) Аргут — неординарный ремесленный талант, отшельничество, зависть, колебания между Светом и Тьмой, высокий рост.
4) Тамиз — отшельник, садовод, диковинные растения.

@темы: эсмерология, размышление, продолжательство, мелочи из сказок, книги, изумрудное

14:38 

Полезная была бы фича

Что следовало бы позаимствовать художественному жанру у научного – так это список использованной литературы. Чтобы автор в постскриптуме открыто указывал, какими книгами предшественников вдохновлялся, с кем заочно полемизировал и что откуда утащил))

@темы: размышление, книги

14:48 

Менвиты, рудокопы, арзаки и Европа

Цивилизация менвитов всегда казалась мне прогрессивнее, чем у арзаков. читать дальше

Однако сейчас я пришёл к выводу, что дело, видимо, обстояло ровно наоборот. читать дальше

@темы: изумрудное, книги, политика, размышление, эсмерология

13:07 

Живительный дуплет

Семена живительного растения на огород Урфина буря приносила дважды. Такой повтор всегда казался странным, почти невероятным – как падение двух снарядов в одну воронку.

В фанфикшене звучала даже изящная теория о целенаправленной «диверсии»: что сорняки были заброшены к Урфину по воле феи Стеллы.

Но можно объяснить совпадение и логически – без заговоров и нарушений теории вероятностей. Вдруг всё дело – в особенностях самого огорода?

Возможно, живительные споры время от времени разносятся ветром по всей Волшебной стране, но только на Урфинском огороде почва достаточно благодатна, чтобы семена не погибли в ней в первые же часы.

Вспоминается также, что дом Урфина располагался недалеко от жилища Гингемы. А проросли сорняки вскоре после того, как Джюс позаимствовал из пещеры погибшей колдуньи «кое-какое имущество».

То есть, либо земля хранила отпечаток прежнего колдовства Гингемы, либо, например, Урфин пропалывал огород волшебным инвентарём, принятым по ошибке за садовую вилку.

Не исключено также, что этот гипотетический инвентарь способствовал позднее и мичуринским чудесам Урфина Джюса (голубые огурцы, золотая морковь и т.д.).

@темы: размышление, мелочи из сказок, книги, изумрудное, совпадения, эсмерология

14:33 

«Полосатый жираф Алик», Владислав Крапивин

Плохая книга с хорошим названием (на него я и попался).

Первое впечатление было: Крапивин сошёл с ума. читать дальше

@темы: книги, крапивин, впечатления

16:08 

Ушёл из жизни детский писатель Анатолий Алексин

Я в детстве читал его повесть «Саша и Шура»...


Пишет Лиза Новиковаwww.kommersant.ru/doc/3287950
Последний друг пионеров

На 93-м году жизни скончался писатель и драматург, автор книг для детей и юношества Анатолий Алексин (Гоберман). С 1970 по 1989 год Алексин был секретарем Союза писателей РСФСР. В 1993 году эмигрировал в Израиль, последние годы жил в Люксембурге.


Его отец Георгий Гоберман, "пламенный революционер-идеалист", как он характеризовал его в воспоминаниях, преподаватель Экономического института красной профессуры, был одно время главным редактором журнала "Спутник коммуниста", где Ленин лично советовал ему публиковать больше материалов о борьбе за права женщин. Сам Гоберман-младший начал печататься еще школьником в "Пионерской правде" и тоже удостоился благожелательных советов от высокого руководства. Писать "про лучшего друга детей товарища Сталина" — такое обещание взял с начинающего поэта Лазарь Каганович.

Война нашла для молодого литератора другую работу: оказавшись с матерью в тылу, он стал ответственным редактором газеты "Крепость обороны" на Уральском алюминиевом заводе. В 1950-м окончил Московский институт востоковедения. Наконец, получил и настоящие профессиональные напутствия от Маршака и Паустовского — один попросил его не писать стихов, другой стал его первым редактором. "Непременно сохраните столь редкий дуэт смеха и слез",— советовал Анатолию Гоберману, теперь уже выступающему под псевдонимом Алексин, Лев Кассиль.

Этот "дуэт смеха и слез" он и исполнял начиная с 1950-х, когда вышел его дебютный сборник повестей "Тридцать один день". "Слез", даже слезливости в некоторых его текстах все же было больше, чем остроумия. Но при этом уроки еще одного учителя, Валентина Катаева — "писать не главами и не абзацами, а строчками" — помогли сформировать и не растерять оригинальный стиль.

Алексин оставался вызывающим доверие собеседником для нескольких поколений отечественных школьников — в послевоенные, застойные и даже постсоветские годы. Он предпочитал именоваться не просто "детским писателем", но более витиевато: тем, "кто пишет о нерасторжимости детского и юношеского миров". Подразумевалось, что если "отцы и дети" вместе будут вести постоянную морализаторскую работу, то справятся со всеми драмами и трагедиями, которых в текстах Алексина всегда оказывалось предостаточно.

В его текстах, конечно, не могло быть ничего такого, чего не пропустили бы сменяющиеся поколения советских цензоров. Но при этом всегда (даже, скажем, в монотонных письмах из повести "Коля пишет Оле, Оля пишет Коле") было много правды жизни и много психологических наблюдений. Поговорим о совести, поговорим о человечности, призывали эти книги. Причем который из персонажей, взрослый или юный, в тот или иной момент окажется моральным авторитетом, не всякий раз было предсказуемо: в этом и состояла увлекательность его прозы.

Повесть "Мой брат играет на кларнете" и другие самые известные работы Анатолия Алексина были экранизированы. Среди его поздних произведений — роман-хроника "Сага о Певзнерах" и сборник документальных рассказов "Террор на пороге". Огромный корпус его детских повестей, рассказов, пьес (последние из которых датируются уже началом 2000-х) по-прежнему украшает полки детских библиотек. Настоящий кладезь сентенций для распространенных когда-то девичьих дневников, альбомов или "анкет", его рассказы и повести и теперь вполне годятся для цитирования в "пабликах". Те, кто читал Алексина в советском детстве, скорее предпочтут снабдить собственных детей книгами Юрия Коваля и Виктора Голявкина. Однако его доверительность и сентиментальность остаются теми красками, которых современной "литературе для юношества" подчас очень недостает.

Лиза Новикова

@темы: воронка безвременья, перепост, книги

16:14 

«Оранжевый портрет с крапинками», Владислав Крапивин

Одна из лучших крапивинских повестей, имхо. Но почему-то недооценённая: упоминают её заметно реже, чем «Мальчика со шпагой», «Колыбельную для брата» и т.д.

Фаддейка, уж не знаю по каким причудливым ассоциациям, живо напомнил Волковского Страшилу, каким тот был в первой книге. Хотя навскидку общего между ними мало. Фаддейка и бойчее, и ближе к реальной жизни, несмотря даже на все свои марсианские не то фантазии, не то путешествия.

Про отношения...

Предвестие девяностых...

Крапивин и Волков...

@темы: книги, изумрудное, гендерное, впечатления, респект, крапивин

10:34 

Отзыв на Лайлиного «Идола»

Симпатичный читательский отзыв на книгу Лайлы «Идол»:

Пишет Елена Зайцева:

«Роман читается взахлёб. Все особенности, все «странности» (сначала, каюсь, даже фамилии странноватыми казались)) очень быстро принимаешь как должное, как законы романного мира.

В тексте много цвета, света, фактуры – он вообще очень плотный и красочный. Эклектичный – какая-то совершенно фантастическая (и при этом гармонически выверенная!) смесь современного – с предреволюционным, «винтажным», «серебряно-вековым». Салонная жизнь богемы, наивно пытающейся ПРОСТО БЫТЬ, без этих ваших политик. Просто быть не получается. Идол на то и идол, чтобы ему служило всё и вся, а не кто-то там по выбору, по желанию.

Интересна дорожка, которую проходит герой, Лунев, – поначалу ведь он просто не знает, что режим тоталитарный (долгое время его не было в стране, да и политика отнюдь не его конёк). Ему только не нравится то, что он видит – как неестественно люди радуются, как пятятся от очевидного. Как НЕКРАСИВО они себя ведут.

По сути это бродское «эстетика – мать этики». Лунев не столько вычислил и узнал, сколько увидел и почувствовал: хорошее так не выглядит, а то, что выглядит так, не только не хорошо, а и страшно опасно.

Цитата и ощущения...

Спасибо автору. И думаю (надеюсь!), впереди ещё два «спасибо», этот текст – только первая часть трилогии...»

@темы: книги, респект

19:58 

«Авиньонские барышни», Франсиско Умбраль

Занятная книга. Вначале читается как исторический роман. Затем понемногу становится видно, что хронология там, мягко говоря, странная. Да и список кавалеров тётушки Альгадефины впечатляет: Пабло Пикассо, Рубен Дарио, король Альфонс XIII, диктатор Примо де Ривера, президент Асанья и т.д. и т.п.

Я всё думал: кто же такая тётушка Альгадефина? В итоге пришёл к выводу, что она символизирует собой душу Испании ^_^

@темы: впечатления, респект, книги, историческое

11:29 

Итоги 2016 года: Книги

Всего за 2016 год мне удалось прочесть 63 книги (из них 42 впервые и 21 повторно), а также 110 миниатюр (99 впервые и 11 повторно).

Сравнение с 2015 годом

Число книг, захватывающих настолько, что от них сложно было оторваться, в 2016 году возросло с 3 до 7:

«Пойди поставь сторожа» (Харпер Ли)
«На службе зла» (Роберт Гэлбрейт)
«Тереза Ракен» (Эмиль Золя)
«Девушка в поезде» (Пола Хокинс)
«КваZи» (Сергей Лукьяненко)
«Дочь» (Джейн Шемилт)
«Гарри Поттер и Проклятое дитя» (Джек Торн)

Оценку 5 и выше получили 9 книг и 2 миниатюры:

«Жёлтый Туман» (Александр Волков) = 5+6 (по старой памяти)
«Урфин Джюс и его деревянные солдаты» (Александр Волков) = 5+5 (по старой памяти)
«Альтист Данилов» (Владимир Орлов) = 5+4
«Разгром» (Александр Фадеев) = 5+3
«Понедельник начинается в субботу» (братья Стругацкие) = 5+2 (перечитано)
«За миллиард лет до конца света» (братья Стругацкие) = 5+2 (перечитано)
«Гиперболоид инженера Гарина» (Алексей Толстой) = 5+2 (перечитано)
«Убить пересмешника» (Харпер Ли) = 5+ (перечитано)
«Пойди поставь сторожа» (Харпер Ли) = 5
«Именем Земли» (Сергей Лукьяненко) = 5 (мини)
«Купи кота» (Сергей Лукьяненко) = 5 (мини)

@темы: стругацкие, статистика, респект, книги, итоги, изумрудное, гарри поттер

20:19 

ГП-8?

Книга «Гарри Поттер и Проклятое дитя» Джека Торна произвела на меня сумбурное впечатление.

Критика, ООС, нестыковки, перевод, плюсы, вывод

@темы: гарри поттер, впечатления, терминатор, слова, продолжательство, книги, имена

17:19 

«Остров Голубой Звезды», Борис Карлов

Книгу Бориса Карлова «Новые приключения Незнайки: Остров Голубой Звезды» я прочёл в 19 лет и долго считал образцом высококлассного «продолжательства». По моим меркам, она лишь немного недотягивала до уровня Носова.

В нынешнем году я её перечитал — и впечатления вынес противоположные.

Впечатления и выводы

@темы: продолжательство, незнайка, книги, изумрудное, впечатления

13:25 

Два фактора привлекательности персонажей

Есть много причин, по которым тот или иной персонаж может нравиться публике. Бывают герои-харизматики, бывают хацешные страдальцы, бывает, что видишь в персонаже родственную душу или воплощение идеала. Часто симпатию вызывают определённые качества или черты характера: благородство, острый ум, смелость, невозмутимость, иронический взгляд на мир и т.д. и т.п.

Поразмыслив, я обнаружил ещё пару факторов (связанных между собой), которые повышают привлекательность вымышленных героев.

Первый фактор — Наличие устойчивого эпитета, зачастую слившегося с именем: комиссар Каттани, оружейник Просперо, доктор Ватсон, альтист Данилов, Пачкуля Пёстренький, кардинал Ришелье, звёздный штурман Кау-Рук, инженер Клёпка, профессор Преображенский, папа Карло, капитан Грант, дон Корлеоне, фрекен Бок, синьор Помидор, магистр Йода, Лысый Пер, братец Кролик...

В самом деле, к примеру, Страшила Рэдли звучит гораздо выразительнее, чем заурядное Артур Рэдли.

Как видно из приведённого списка, большинство эпитетов можно поделить на несколько категорий: профессия; воинское, учёное или почётное звание; термины родства; прозвища.

Второй фактор привлекательности — Владение в совершенстве каким-либо умением, сверхпрофессионализм.

Особенно впечатляет, когда это умение помогает персонажу спастись от гибели или спасти других: канатоходец Тибул уходит от преследователей по канату над Площадью Звезды; сыщик Холмс защищает доброе имя, жизнь и свободу неправедно обвинённых клиентов; альтист Данилов осаживает судей, усомнившихся в его профессионализме; доктор Сальватор, оперируя, казалось бы, безнадёжного пациента, создаёт человека-амфибию...

@темы: буратино, дюма, звёздные войны, изумрудное, имена, карлсон, книги, незнайка, размышление, спрут, три толстяка, чиполлино, шерлок холмс

12:35 

Волков и Баум как праздники)

Подумалось, что различие между сказками Волкова и Баума напоминает разницу между Новым годом и Рождеством.

Во всём западном мире главный праздник — Рождество. Именно его ждут целый год и именно с ним связаны традиции — ёлка, Санта-Клаус, олени, подарки, ощущение снега и зимней сказки. А Новый год проходит гораздо формальнее, как нечто вторичное.

В России же последние лет 80 безусловно «лидирует» Новый год. Притом традиции свои он почерпнул как раз у Рождества — рождественская ёлка сделалась новогодней, Дед Мороз стал приходить в ночь на первое января... Рождество в советскую эпоху не отмечалось, я в детстве вообще не знал такого праздника, но после распада СССР позиции Рождества окрепли. Однако до сих пор Новый год у нас остаётся как бы главнее.

Так же и Волков: его сказки в России известнее Баумовских, хотя восходят именно к ним. Баум у нас стал широко издаваться только с распадом СССР. Зато на Западе Баум знаменит, а Волкова там практически не знают.

И мне, например, что-то родное видится в Новогоднем празднике и в Волковских сказках, в то время как Страна Оз и Рождество кажутся словно бы немного чужими. Хотя к Бауму я очень тепло отношусь, несмотря ни на что.

@темы: эсмерология, размышление, книги, изумрудное

11:01 

«Понедельник начинается в субботу», Братья Стругацкие

Первый раз я читал эту книгу лет в 12–13, и она мне очень понравилась просто как весёлая и остроумная повесть. Наина Киевна, неразменный пятак, Выбегалло забегалло, и вообще рационализаторский взгляд Саши Привалова на всяческие чудеса.

Затем я перечитал «Понедельник» в 23 года, когда всерьёз увлёкся Стругацкими. Книга снова показалась симпатичной, но юмор уже не особо цеплял, а после прочтения даже оставил некую оскомину — возвращаться к этой книге надолго расхотелось. Особенно это ощущение усилилось, когда я узнал, что Стругацких широкая публика ценит и любит как раз за «Понедельник», а другие их книги гораздо менее популярны (кроме разве что ТББ и «Пикника», но и те уступают «Понедельнику»). Я постфактум посчитал «Понедельник» легковесной развлекательной пустышкой периода розовых очков советской интеллигенции.

читать дальше

@темы: впечатления, кино, гарри поттер, философия, стругацкие, книги

записки Чугунного Дровосека

главная